РАЛЬФ ЗИБЕЛЬТ: ДЕГУСТАЦИЯ ИВАНОВОЙ НОЧИ

В Калининградском драматическом театре ставят пьесу кёнигсбергского автора Германа Зудермана «Огни Ивановой ночи». Загадочную прусскую душу пытаются понять немецкий режиссёр и российские актёры.

RALF SIEBELT (Ральф Зибельт­) родился в 1964 году в Эссене (Запад­ная Германия). Изучал драматургию и театральную режиссуру в Кёльне и Гиссене, параллельно занялся русским языком. Прошёл обучение в российском ГИТИСе, стажировался в Театре имени Маяковского, в Ленкоме и «Школе театрального искусства» Анатолия Васильева. Работал переводчиком на театральных фестивалях. Был режиссёром и художественным руководителем в театрах Тюбингена, Галле, Бремена. Активно сотрудничает с российскими театрами: ставил спектакли в Омске и Петрозаводске. Постановка «Огни Ивановой ночи» – его первый опыт работы в Калининградском областном драматическом театре.

RALF SIEBELT
(Ральф Зибельт­) родился в 1964 году в Эссене (Запад­ная Германия). Изучал драматургию и театральную режиссуру в Кёльне и Гиссене, параллельно занялся русским языком. Прошёл обучение в российском ГИТИСе, стажировался в Театре имени Маяковского, в Ленкоме и «Школе театрального искусства» Анатолия Васильева. Работал переводчиком на театральных фестивалях. Был режиссёром и художественным руководителем в театрах Тюбингена, Галле, Бремена. Активно сотрудничает с российскими театрами: ставил спектакли в Омске и Петрозаводске. Постановка «Огни Ивановой ночи» – его первый опыт работы в Калининградском областном драматическом театре.

 

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Как русский с немцем украинское сало ели

The Local: Давайте начнём с дегустации настоящей славянской кухни: солёное сало и борщ! И закусим блинчиками с мясом.

Ральф Зибельт: Когда я первый раз увидел, как люди едят чистое сало… Что-о-о?! Топлёный смалец едят в деревнях, но чтобы сало… Я родом из Эссена, из земли Северный Рейн-Вестфалия, у нас такое не увидишь на столе.

TL: А нам казалось, что немецкая кухня – очень жирная?

РЗ: Ну, конечно, сосиски жареные, «Братвурст», которые на каждом углу можно найти – они жирные. А вот «Грюнколь», тушёная зелёная листовая капуста, у вас её называют «кейл» – вовсе не такая. Хотите попробовать? Я попрошу жену, она из Бремена приедет меня навестить, может привезти­. Кстати, у вас вкусный чёрный хлеб, очень классный.

TL: Когда вы впервые попробовали русский хлеб?

РЗ: В восемьдесят каком-то. Учить русский язык начал в 1985 году, а через два года поехал в Москву на курсы русского языка.

Завтрак в корчме «Борщ&Cало» плавно переходит в обед. Ну, за премьеру!

Завтрак в корчме «Борщ&Cало» плавно переходит в обед. Ну, за премьеру!

TL: Самое яркое воспоминание от студенчества в Москве?

РЗ: Помню, как мы старались обходить стороной магазины. В то время ещё не так было, что едешь с колясочкой и кладёшь в неё всё, что хочешь. Были прилавки, тебе нужно было посмотреть. Заранее знать, что ты хочешь. И там была касса, нужно подойти к кассирше и сказать: – Я хочу двадцать пять грамм сыра, двадцать грамм… Если ты не знаешь русского языка, это ужас! Длинные очереди, кассирша всегда в «прекрасном» настроении. Когда тебе 22-23 года, этого страшно боишься.

TL: А почему вообще вы стали заниматься русским языком, ещё в Германии?

РЗ: Горбачёв помог. У нас в Германии была такая волна: в России – перестройка. Раньше ведь Советский Союз был полностью закрыт для нас. Ну, конечно, все читали русских писателей, Толстого, Достоевского. Но о том, что действительно происходило там, никто не знал.

Когда­ на политической сцене появился Михаил Горбачёв, всё изменилось. А я в то время учился уже на театральном факультете. И у нас случайно была возможность заниматься русским языком. Преподавательница была из Новосибирска, прекрасно умела учить. Когда я попал на её курс, я подумал: классно, это и есть то, чего я хочу. Я уже хорошо знал русскую литературу. Ну конечно, театральный факультет: мы все интересовались Чеховым, читали Горького, Булгакова…

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

TL: Получается, что вы русский язык выучили благодаря русской литературе.

РЗ: Да, получается так. Но ещё интересно, что у меня есть прусские корни! Мои предки родом из-под Мариенбурга, нынешнего Мальборка, фамилия матери – Лесневски. Чис­тейшая польская фамилия! Странная такая смесь у меня в семье, поэтому я не очень удивляюсь тому, что так часто бываю в России.

TL: Итак, в начале был русский в Германии. А как оказались в России?

РЗ: Ну, сначала я поехал в Москву на курсы русского языка, почему-то при железнодорожном институте. Жил в общежитии. И как только я перестал бояться кассирш в магазинах, то решил, что уже могу стучаться в ГИТИС. Я пришёл к ним, это 1988 год, и сказал, что учусь в Германии на театрального режиссёра, но хотел бы стажироваться в Москве.

TL: У кого учились?

РЗ: У Марка Захарова и Анатолия­ Васильева. Так получилось: я подошёл к дверям Ленкома, постучался в дверь и попросился на репетицию к вашему великому Марку Захарову. Меня очень вежливо встретили, проводили к Марку Анатольевичу. Он выслушал и оставил меня. Так я три недели стажировался у Захарова.

«Иоанново пламя» одинаково жжёт и немцев, и русских

OLYMPUS DIGITAL CAMERATL: Говорят, вы в Калининград приехали благодаря побратимству между городами­?

РЗ: Да, это у меня получается с давних пор. Когда я был художественным руководителем театра в Тюбингене, то узнал, что у нашей мэрии есть договор о побратимстве с карельским Петрозаводском. Мы связались с Национальным театром Петрозаводска, у нас получилось сотрудничество на целых три года. Мы ездили друг к другу в гости, обменивались спектаклями. Я там работал, ставил спектакли­.

TL: Звучит, как фантастика.

РЗ: Но и с Калининградом вышло именно так. Я переехал в Бремен. Это известный ганзейский город, рядом с ним – Бремерхафен, а он как раз побратим с Калининградом.

TL: Вы случайно об этом узнали?

РЗ: Да, но сразу подумал, что для меня это классная новость. Потому что это всегда было моей целью: открывать двери для парт­нёров. Три года тому назад я отправился в Калининград, познакомился с вашим театром.

TL: Тоже просто постучались в двери?

РЗ: Ну да, написали заранее письма, связались, а потом – приехал и постучался.

TL: То есть, когда люди сами проявляют инициативу, проактивны, как сейчас говорят, то всё получается.

РЗ: Конечно!

5G3A0598TL: Как вы выбрали пьесу для постановки?

РЗ: Драматург Герман Зудерман родился около Тильзита, а учился в Калининграде. То есть тогда в Кёнигсберге. В своё время он был очень известным автором, сейчас немного позабыт. Но у него есть очень интересные произведения. И мы выбрали «Огни Ивановой ночи».

TL: Очень русское название.

РЗ: Иоаннова ночь – это ваша ночь Ивана Купалы. Просто на русский перевели. В Германии ведь тоже есть такие традиции. Вообще, много есть интересных пьес, просто не все переведены. Если наша постановка будет успешной, подумаем о том, чтобы ещё что-то
перевести и поставить. Это будет здорово: заново познакомиться с забытым автором, у которого действительно есть очень хорошие произведения­.

Мне кажется, эта пьеса будет интересна тоже и для молодёжи. В центре её такой треугольник, две девушки и один юноша. И он должен жениться на одной, а любит другую.

TL: У вас два состава исполнителей?

РЗ: Да, и это немножко странно для меня. Приходится всё делать два раза. Но, к счастью, у меня очень хорошие артисты. Молодые, стремительные, способные. Я получаю удовольствие от работы с калининградской труппой!

TL: Вернуться в Калининград после того, как закончится этот контракт, хочется?

РЗ: Возможно. Например, такая фигура, как Иммануил Кант. Ну, все театралы знают постановку Театра имени Маяковского «Кант». Я поискал, что есть в Германии. Нашёл­ пьесу известнейшего австрийского автора Томаса­ Бернхарда «Иммануил Кант». Пока ещё не читал её, это очень сильный писатель. Его часто ставят. Это смешная история, комедия, и, может быть, нам удастся поставить её в вашем театре. Это было бы здорово­.

 

1908_021Писатель, драматург Герман Зудерман
(Hermann Sudermann) родил­ся в 1857 году в дерев­не Матциккен (сейчас Мацикяй, район Шилуте, Литва) в Восточной Пруссии­. Учился в Тильзитской гимназии, затем в университете Кёнигсберга­. В двадцатилетнем возрасте переехал в Берлин­ и жил там до конца своей жизни. Зудерман скончался в 1928 году в Берлине.

Писательскую карьеру начинал в качестве журналиста, но прославился как писатель. Первый роман «Заклятие госпожи Зорге» был опубликован в 1887 году. В своём творчестве Зудерман уделял большое внимание родным местам, стоит упомянуть сборник очерков «Литовские истории» и роман «Путешествие в Тильзит».

На родине автора его произведение ставили только один раз в Советске – спектакль «Бой бабочек» в «Тильзит­-театре», постановка Евгения Марчелли в 1993 году.