В морях твои дороги

Пожалуй, каждый калининградский подросток, чьё взросление пришлось на 60-70-е годы ХХ века, мечтал стать рыбаком. Но не просто человеком с удочкой у парапета Верхнего озера…

20170601 3528-grГлавная грёза калининградских мальчишек – серьёзный мужчина со «шкиперской» бородкой, который после рейса (шесть месяцев в море и больше) привозит домой джинсы, «жевачку», яркие цветные пластиковые пакеты, рассказы («…А вот идём это мы в Амстердаме…»), ковры, кожаные пиджаки, магнитофоны, «боны» и многое другое. «Боны» – это чеки советской организации «Торгмортранс». На них в специальном магазине «Альбатрос» на улице Богдана Хмельницкого можно было купить джинсы, ту же «жевачку», яркие цветные пластиковые пакеты и… Короче, всё то, что рыбаки привозили из рейсов. Кроме, разумеется, рассказов «…А вот идём это мы в Амстердаме­­­…».

Три такси для китобоя

В этом «закрытом клубе» была своя высшая каста – китобои. Китобойная флотилия — огромная плавбаза «Юрий Долгорукий», перестроенная из немецкого лайнера «Гамбург», и до 15 быстроходных судов-охотников – существовала с 1960 до 1975 года.

Возвращение флотилии домой, в Калининград, было настоящим общегородским праздником. Правда, плавбаза не помещалась в канале, ведущем из порта Калининграда в открытое море. Поэтому она стояла на рейде Балтийска. Позже в военной гавани Балтийска углубили дно, и она смогла швартоваться там. А вот суда-охотники, волею странной фантазии руководства названные на букву «с», «Скорый», «Совершенный», разумеется, «Смелый» и так далее, шли в каналу, паля холостыми зарядами из гарпунных пушек. Вот это было зрелище!

Профессия рыбака была одной из немногих в Советском Союзе легальных возможностей хорошо заработать и при этом посмотреть мир. Это был своеобразный профессиональный клуб. Многие из желающих в этот клуб попасть не отдавали себе отчёта, каким­­­ каторжным, опасным трудом зарабатывались все эти джинсы с «жевачкой» и «бонами».

Посмотреть, как «Скорые», «Смелые» и другие на «С» заходят в порт, приходили даже те, кто не имел к морю никакого отношения. Калининградцы семьями, с детьми и шашлыками, выезжали на Зелёные острова в Калининградском заливе, чтобы поглазеть на процессию­­­.

Калининградские старожилы рассказывают: вернувшийся с рейса китобой приезжал домой на трёх такси. В первом ехала фуражка рыбака, во втором – его чемодан, в третьем – он сам. Мы спросили ветеранов китобойной флотилии, была ли такая традиция в действительности. Несколько моряков сказали «Нет, не существовала». Другие, ухмыльнувшись, отвечали: «Ну, было… Пару раз…»

На следующий день, после застолья в кругу семьи, китобои шли отмечать возвращение в рестораны. У каждой компании-команды был «свой» ресторан.

На самом деле морский промысел – это тяжёлая и опасная работа. Например, рабочий на плавбазе жил по графику «12 через 12». То есть полсуток он вкалывал, работал много и тяжело, а потом полсуток отдыхал и то, если не было авралов, когда на работу выходили все. В таком режиме приходилось функционировать­­­ шесть, а иногда и больше месяцев. Без выходных, отгулов и праздников.

IMG_4660«Юру», как снисходительно называли флотилию сами моряки­­­, ждал без преувеличения весь город, особенно работники калининград­ского общепита и таксисты­­­.

Китобои могли прийти в ресторан в «полуболотниках», рыбацких сапогах, в которых они работали в рейсе. Их всё равно радостно пускали. Рыбаки оставляли в ресторанах столько денег, что даже если бы они пришли в ресторан в пропахших ворванью «штормовках», никто не стал бы возмущаться.

Настоящим испытанием для моряков становилась оторванность от дома. Интернета со всеми его мессенджерами тогда не было. Весточка из дома – это радиограмма, которую принимали сначала судовые радисты, а потом уже передавали радиограмму или рыбаку на базе, или китобою на судах-охотниках. Была и настоящая почта, даже записанные в специальной студии на Ленинском проспекте звуковые письма. Они «приходили» вместе с танкерами, снабжавшими топливом и продуктами. Танкеры, однако, нечасто навещали китобоев на промысле.

В 1975 году флотилию расформировали. Китобои перешли на другие суда, а короткая, но яркая эпоха «Юрия Долгорукого» ушла в историю.

 

IMG_4544В 2016 году калининградский предприниматель и создатель частного музея­­­ «Altes Haus» Александр Быченко затеял новый проект – музей советского периода «Дом китобоя». Энтузиас­ты начали собирать материалы о рыбаках флотилии. Калининградские школьники и студенты брали интервью у рыбаков, членов их семей, ресторанных музыкантов, таксистов, «фарцовщиков» и многих других калининградцев, чья молодость пришлась на 60-70-е годы ХХ века.

Музея «Дом китобоя» ещё не существует – а праздник уже есть, калининградский народный День китобоя. Проводится он летом, в программу обязательно входят встречи с ветеранами флота, песни и танцы под музыку «ретро», вкусная еда по «Книге о вкусной и здоровой пище».

 

Проект «Народный архив: повседневность Калининграда 1960-80-х гг.» реализуется АНО «Музей городской жизни» с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.